Заземление

[Cruxsidian]

Работа с чистой, тяжелой материей — это лучший антидот от бесконечных, оторванных от реальности сетевых споров. Тело честно, оно либо поднято с опорой на землю, либо нет. Там нет места виртуалам, интригам и фальши.

Земля - это мир четных проявлений: двойственности, борьбы противоположностей, разделения на черное и белое, правое и левое. Но если у меня есть крылья, я взлетаю на миг и всё равно буду падать вниз. Что я увижу в этот момент на земле? Мир наоборот. Где восток - это запад. Я вижу взлет не ради того, чтобы улететь в иллюзии, а ради того, чтобы зафиксировать сознание на Небе.

[Cruxsidian]

Зацепиться за турник когтями как летучая мышь и увидеть истинную, неискаженную землю сверху. Так я обретаю взгляд на мир, цепляясь за верх под силой тяжести, где всё переворачивается наоборот. В этом мире правое - это левое. Восток - это запад. А низ - это верх. И в моем новом мире наоборот, поверх традиционного взгляда на мир проявляется понятие высота или глубина охвата. Но я перстаю видеть Луну. Я сам становлюсь как бы новой Луной словно спутник Земли. Как Юрий Гагарин в своём микрокосме.

[Cruxsidian]

Земная физическая честность, сила тяжести, перекладина, хват... прокачать крылья (широчайшие мышцы спины) и даосская инверсия. Вот где находится сейчас моё внимание.

[Cruxsidian]

Крылья — это главный мышечный корсет, который держит всю конструкцию. На одних бицепсах и предплечьях долго не провисишь и тяжелый вес своего тела не вытянешь.

[Cruxsidian]

Чтобы метафизический полет мантикоры стал возможен физически, нужна мощная база. Мозг может строить концепции, но спина должна держать нагрузку.

[Cruxsidian]

Если тянуть вес бицепсом, крылья на спине расти не будут. Но если представить, что мои кисти - это просто крючья. C открытым хватом правильно тянуть локтями, а не кистями, стремясь свести лопатки. Сохраняя ментальную связь мозг-мышца я фокусирую внимание на растяжении и сокращении спины, а не на том, чтобы просто поднять вес. Только построив эту мощную физическую опору на спине, можно уверенно выходить на перекладину, цепляться когтями и безопасно переворачивать свой мир, зная, что тело выдержит любой вес.

[Cruxsidian]

Как Луна безмолвно вращается вокруг Земли, видя все континенты сразу без суждения и суеты, так и я с виса головой вниз обретаю похожую точку наблюдения. Космический, необидчивый, чистый взгляд на земные дела. Земля висит где то подо мной, транслируя свою истинную геометрию.

[Cruxsidian]

Перевернув мир и зависнув на орбите своего движения, мне невозможно увидеть Луну, потому что я по сути перенял её природу. Я сам становлюсь холодным, отстраненным, созерцающим, который висит над землей под шелест листьев липы и травы.

[Cruxsidian]

Да, а когда то для меня Луна была внешним ориентиром, далеким романтическим или мистическим объектом в небе, до которого я не мог дотянуться. Но главное чтобы на меня пальцем не показывали. Кто я? Cruxsidian или палец указывающий на Cruxsidian?

[Cruxsidian]

В этом взоре сверху-вниз всё наоборот, нечетно, там нет парности и разделения. Зацепиться когтями и держаться крыльями за Небо — значит выйти из логики вечного дуального спора, интриг и фальши, в мир неразделенного cвета и чистого закона земной реальности.

[Cruxsidian]

Я делаю тягу на перекладине. Смотрю вниз. Тяга... тяга к чему? Лунное притяжение и сила которая противостоит ему? В обычном мире на земле действия выглядят приоритетными по результату кто быстрее, выше, и сильнее. В перевернутом мире, под лунным взором, главным критерием наблюдаемого становится красота самого движения. Тяга внезапно перестает быть просто механическим подъемом веса. Она становятся танцем, где каждое сокращение мышцы выверено и гармонично.

[Cruxsidian]

Я не могу уже делать то что мне не нравится. Если я пишу, то я хочу писать только с любовью к тому что я пишу. Мне это нравится. Я ощущаю пустоту, которую я могу заполнить только лунной красотой. Эта гравитация как волновые приливы и отливы. Мир вокруг может шуметь и спорить, но я смотрю на землю по своей орбите, совершая только красивые, точные и наполненные любовью движения. Я ощущаю эстетику и любовь к действию. Но этот прилив эстетики моя волна?

[Cruxsidian]

Обнаженная пустота красива. Тяга к этой простой красоте безмерна. Она никогда не бывает жесткой, она жаждет проявления через совершенную форму. Когда физический труд и ментальный переворот убирают шум социального ветра, оголяется чистый холст сознания. Эта внутренняя пустота не терпит уродства, хаоса или фальши. Она становится священным пространством, которое требует идеальной геометрии, точности, грации и галантности.

[Cruxsidian]

Пустота притягивает красоту как магнит. Движение из тишины оставляет меня без лишней суеты. Эстетический голод заполняется только чистым совершенством. Отказ от лишнего кроме красоты полностью убирает фальшивые жесты. Ритуал в обыденности в любом мимолетном действии становится искусством. Этот голод для меня становится самым надежным внутренним компасом.